ООО «Газпром добыча Кузнецк» (ГДК, «дочка» «Газпрома») предлагает включить требования по извлечению метана в лицензии на угледобычу, а также обязать угольные компании вести предварительную дегазацию, сообщил гендиректор компании Вадим Настека на круглом столе в Госдуме о проблемах и перспективам добычи метана из угольных пластов.

«Для обеспечения безопасности труда шахтеров и рационального недропользования необходим комплексный подход. Необходимо рассмотреть метан (…) как попутное полезное ископаемое в цикле добычи угля, по аналогии с попутным нефтяным газом. Предлагаем для недопущения потерь метана — попросту говоря выброса его в атмосферу при организации добычи угля — проработать внесение изменений в ряд действующих нормативных актов. В частности, в законе РФ «О недрах» необходимо предусмотреть обязательства угольных компаний — владельцев лицензий на добычу угля по выполнению оценки запасов попутного извлекаемого метана и заблаговременной дегазации угольных пластов, в случае их высокой метаноносности», — сказал Настека.

Как говорится в его презентации, под высокой метаноносностью понимается содержание в 9 кубометров газа и более на 1 тонну угля.

- Реклама -

Настека также предложил модель взаимодействия угледобывающих компаний Кузбасса с «Газпромом», где ГДК является единым оператором по производству продукции из метана, полученного при дегазации шахтных полей.

«Угледобывающие компании для подсчета запасов метана угольных пластов, подготовки проектной документации в части геологического изучения и отработки метана могут привлечь центры компетенции «Газпрома». ГДК выполняет функции оператора заблаговременной дегазации, в том числе по контролю за строительством дегазационных скважин и их эксплуатации. Газ далее по договору переходит ГДК для дальнейшей переработки и реализации потребителям в виде газомоторного топлива, выработки электроэнергии», — пояснил Настека.

Он добавил, что эта концепция взаимодействия уже рассмотрена на заседании Госсовета России по направлению «Энергетика» и направлена в правительство.

Сомнения

В свою очередь, начальник управления АО «СУЭК» Евгений Мазаник отметил на круглом столе, что эффективность заблаговременной дегазации невелика. «Очень низкая проницаемость угольных пластов Кузбасса. Проекты заблаговременной дегазации находятся в стадии научно-исследовательских работ с апробацией различных режимов воздействия для повышения проницаемости. (…) Учитывая незначительные дебиты метана из дегазационных скважин при заблаговременной дегазации, возникает вопрос экономической целесообразности использования метана угольных пластов в качестве попутного полезного ископаемого и эффективности процесса в конечном итоге», — подчеркнул он.

При этом, по словам Мазаника, компания фиксирует большое количество шахтного метана (газа, каптированного в действующей угольной шахте), а также вентиляционного метана. «Вот дегазационного метана у нас достаточно, но трудность (его — ИФ) использования (состоит в том, что его — ИФ) концентрация нестабильная, (кроме того, имеет место и засоренность метана — ИФ) серой, кислородом. Чтобы построить завод СПГ, его (дегазационный метан — ИФ) нужно обогащать и концентрировать. Здесь столкнулись с проблемой кислорода — как (его — ИФ) убрать, нет технологий и оборудования для этого. Наше видение: предлагаем передать дегазационный метан третьим лицам для последующего полезного использования на безвозмездной основе для производства газомоторного топлива», — предложил Мазаник.

Он также подчеркнул, что СУЭК использует все доступные на данный момент технологии заблаговременной дегазации.

«Привлечение третьих лиц для выполнения работ по заблаговременной дегазации угольных пластов не требуется. У нас есть всё оборудование для этой технологии», — отметил глава управления.

Настека уточнил, что технологии извлечения кислорода из метана имеются, но настолько дороги, что «смысла этим нет заниматься никакого». «Поэтому я и настаиваю на заблаговременной (до начала угледобычи — ИФ) дегазации, где кислорода (в пластах — ИФ) практически нет. И никакой серы там нет. При заблаговременной дегазации максимальные проблемные составляющие с точки зрения переработки (метана — ИФ) в СПГ — это СО2, (который можно устранить за счет — ИФ) дополнительного оборудования по аминовой очистке. Не сказать, что это критично влияет на стоимость проекта — влияет на его мобильность. Нельзя его (оборудование — ИФ) взять и одномоментно перетащить на другую площадку, так как оно достаточно громоздкое», — пояснил Настека. При этом он согласился, что заблаговременная (более, чем за 3 года до начала отработки угля) дегазация представляет значительный интерес для ГДК, однако «не очень интересна с точки зрения угольных компаний».

Кроме того, практически все участники «круглого» стола указывали на необходимость субсидирования, либо налоговых льгот, либо иных форм поддержки для реализации проектов по добыче метана, которые являются более дорогостоящими и технологически более сложными, чем проекты по добыче природного газа.

Прогнозные ресурсы метана в Кузбассе оцениваются в 13 трлн кубометров.

«Газпром добыча Кузнецк» располагает лицензией на геологическое изучение, разведку и добычу газа в границах Талдинского месторождения с запасами метана более 70 млрд кубометров, Нарыкско-Осташкинского месторождения (более 160 млрд кубометров) и Тутуясско-Распадской площади (ресурсы метана площади превышают 530 млрд кубометров).

В 2021 году ГДК начала строить в Кемеровской области завод по производству сжиженного природного газа мощностью 220 тысяч тонн в год на Нарыкско-Осташкинском метаноугольном месторождении. Как уточнил на круглом столе замруководителя «Российского энергетического агентства» Минэнерго Сергей Романов, с учетом ресурсов Тутуясской площади, завод может выйти на мощность 450 тысяч тонн в год.

Пожалуйста, оцените материал:
[Общий: 0 Средний: 0]